#Rubato. “Чикаго” на Бродвее – Василий Романов
#Rubato. “Чикаго” на Бродвее

#Rubato. “Чикаго” на Бродвее

Я могу точно сказать, когда был счастлив за последние две недели – на мюзикле «Чикаго» на Бродвее. Я просто физически ощущал это счастье (боже, это лучше чем секс было!) от сочетания кандеровского джаза, танца и эмоций актёров. Пожалуй, я в первый раз увидел театральное представление, в котором совершенно всё. При этом в каких-то сценографических моментах можно не соглашаться с замыслом постановщиков, но уже выбранная ими концепция дошлифована до абсолюта, в её реализации изъянов нет.

Это надо видеть, отмечу лишь несколько моментов. Конечно, постановщики постарались уйти от фильма. «Конечно» – потому что это у нас в сознании есть фильм «Чикаго», и типа на Бродвее идёт такой мюзикл. Для американцев «Чикаго» – часть культурного кода нации (и даже возможное выражение устройства американского суда и общества, той самой «американской мечты»), а фильм с Зельвегер и Гиром это лишь одна из интерпретаций этой знаменитой истории, не более того.

Основные отличия от фильма (видите, я-то ставлю за точку отсчёта фильм!):

Во-первых, героини не похожи на киношных, и тут лично я симпатизировал Вельме Келли, а не Рокси Харт: в истории высвечено безудержное тщеславие и гордыня Рокси в момент «успеха». В кино это тоже есть, но там Рокси мила и глупа, и жажда паблисити не так режет глаз, списываешь ей это, в театре по-другому. Ещё бродвейская Рокси… немолода. Тут актрисе явно за 45. Хотя может она просто повзрослела – на нынешнем месте в Ambassador Theatre представление идёт с 2003 года.

Во-вторых, постановщики не стали выкидывать из мюзикла те номера, которые изъяли создатели фильма. И зря: на мой взгляд, эти композиции действительно снижают динамику спектакля.

В-третьих, тут должно быть еще что-то важное и большое, но нет. Просто в театре гораздо более выпуклы адвокат и муж Рокси. Вообще, все персонажи объемнее. Я только на Бродвее узнал, что главная журналистка Мэри Саншайн это не просто колоритный персонаж, нет – у неё тут своя ария с жизненным кредо. В конце, когда адвокат говорит, что часто в жизни всё нет, как кажется, выясняется, что эта журналистка – кросс-дрессер (или вообще т*персона, не знаю).

Но самое главное, что в центре истории здесь поставлена (боже, наконец-то) – музыка. Сегодняшнее «Чикаго» это дань уважения эпохе джаза. Частично это изначально заложено в либретто – и в виде номера And All That Jazz и в том, что тут почти нет номеров-действия, есть арии, которые любят не за эффектность, а за джазовую мелодику и фактуру. Но в Ambassador Theatre пошли ещё дальше и в буквальном смысле поставили музыку в центр. Примерно 80% сцены занимает оркестр, музыканты которого сидят амфитеатром. А из ниш постамента уже появляются герои, взаимодействуют с дирижером (который не только дирижирует, но и объявляет выход некоторых персонажей), уходят обратно.

Музыка в центре, что может быть прекраснее? И я могу точно сказать, когда был счастлив за последние две недели.

Оригинал записи